Роберт Виккерс
УВЫ И АХ
/комедия в двух действиях для театра мимики и жеста/ 1982г.



ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Иван Червяков - гимназист, затем чиновник,

Его мамаша - домовладелица,

Папаша - картёжник,

Лиза Подзатылкина - жена Червякова,

Мадам Подзатылкина - её мать, владелица трактира,

Ахинеев - учитель гимназии,

Анюта - его дочь,

Очумелов - городовой,

Отец Филарет - протоиерей,

Кашалотов - столоначальник,

Кляузов,
Кляксин,
Дряньковский - чиновники,

Чечевицын - гимназист, потом офицер,

Гарцунов,
Халахадзе - офицеры,

Пуркуа - француз, "танцевальный учитель",

Барышни и жёны чиновников.

Действие происходит сто лет назад в уездном городе Чернопупске.

В комедии использованы ситуации рассказов Антоши Чехонте.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

ПРОЛОГ. ГОРОДОК ЧЕРНОПУПСК.

В декорации представлены все достопримечательности городка: церквушка и полицейский участок, гимназия и трактир, присутствие и обывательские дома.

ЧЕРВЯКОВ /в мундире гимназиста, зрителям/ В этом городе я родился и умер. Детства у меня не было.

Мимо него, подбирая рясу, семенит священник.

- Это отец Филарет. Во время крестин он уронил меня на пол, после чего все решили, что я стану генералом.

Филарет идёт, не глядя перед собой, и наталкивается на старика с суковатой палкой. Поп крестится, старик, извиняясь, снимает шляпу. Когда старик проходит мимо него, Червяков быстро вытаскивает из-за пояса фуражку и натягивает её на голову.

- Учитель гимназии Ахинеев. Он требует, чтобы все учебники были в твёрдых переплётах: так больнее бить нас по лбам.

Старик идёт в гимназию. За ним следует девушка, волоча его тяжёлый портфель.

- Это его дочь Анюта. Вчера я упросил её прийти на свидание.

Анюта незаметно от отца бросает записочку, которую Червяков подбирает и прячет за пазуху.

На убегающую девушку внимательно смотрит в лорнет солидный господин. Сладострастно чмокает губами.

- Господин Кашалотов - всемогущий человек. С мёртвого взятку может содрать.

Кашалотов направляется в присутствие.

Из трактира выталкивают неряшливо одетого человека.

- Прошу прощения, мой папаша. Крадёт деньги дома и проигрывает их в трактире.

Отец Червякова снова сунулся в трактирную дверь, но его вышвырнули вторично. Он падает, рассыпав на землю игральные карты.

Появившаяся женщина, как пушинку, поднимает его за шиворот и тащит домой.

- Моя мамаша - женщина слабая и беззащитная.

Червяков подбирает карты, а мимо него шествует городовой с решетом, наполненным овощами.

- Городовой Очумелов. Посмотришь на него - мурашки по спине бегают. Возвращается с базара, где собирал урожай.

Очумелов направляется в трактир. Хозяйка, думая, что это снова картёжник Червяков, пытается вытолкнуть его, но, спохватившись, извиняется и ласково принимает гостя.

- Владелица трактира Подзатылкина. В её заведении всегда можно выпить, закусить и подраться.

Из окна дома рядом с трактиром выглянула девушка-толстушка.

- Её дочка Лизавета. Тоже язва порядочная.

К окошку подскочил юноша в военной форме.

- А вот и её ухажер - поручик Гарцунов. Дурак, каких мало.

Червяков незаметно отвязывает у поручика палаш.

Из трактира выплывает Очумелов. Он прощается с мадам Подзатылкиной.

Червяков незаметно подвешивает ему на ремень второй палаш. Ничего не заметив, городовой направляется в участок.

Вбегает такой же, как и Червяков, гимназист.

- Мой друг Чечевицын. Сегодня мы с ним решили удрать в пампасы.

Чечевицын показывает приятелю спички, запасённые для путешествия, а Червяков добывает из карманов медяки.

- Всё готово. Руку, Ястребиный Коготь!

ЧЕЧЕВИЦЫН. Вот она, мой бледнолицый брат.

Крепкое рукопожатие.

Затемнение.

КАРТИНА ПЕРВАЯ. ПАМПАСЫ И РОЗГИ.

В воображении гимназистов возникает фантастическое видение.

Перед свирепым вождём племени коленопреклонённые девушки-индианки.

Под удары тамтама вождь, тело которого покрыто татуировкой в форме карточных мастей, исполняет ритуальный танец.

Потом он заставляет плясать девушек и, избрав самую красивую и ловкую, привязывает её к пыльному фикусу в кадушке, а остальных заставляет подбрасывать хворост к её ногам.

Девушки на коленях призывают жестокого вождя пощадить подругу, но он неумолим. Кремнем вождь пытается поджечь костёр.

Но тут появляются друзья-гимназисты. Девушки умоляют их спасти красавицу /мы узнаём в ней Анюту Ахинееву/.

Юноши вступают в схватку с вождём. Ему удаётся отнять у Чечевицына спички, и он поджёг бы костёр, если бы отважный Червяков не одолел его.

Спасённая красавица бросается на шею Червякову. Герой щедро одаряет индианок припасёнными на дорогу медяками.

Общее ликование.

Это видение сменяется суровой реальностью.

Городовой приводит изрядно потрёпанного Червякова в родительский дом.

ОЧУМЕЛОВ. Задержан на станции Дребезги. Спал на вокзале. Нехорошо-с...

Мамаша лезет в чулок и вручает городовому рубль, и он, отдав честь, удаляется в трактир.

Папаша приносит охапку розог. Гимназист покорно расстёгивает штаны.

Когда сына сечёт мать - поёт отец, когда порет отец - поёт мать.
    Заведено давно на свете,
    И это надо понимать,
    Судьбой дарованы нам дети,
    Судьбой дарованы нам дети...
    А для чего?
    Чтоб драть, драть, драть!

    Не прекословь отцовской воле,
    И материнской не перечь.
    Растут берёзки в чистом поле,
    Растут берёзки в чистом поле...
    А для чего?
    Чтоб сечь, сечь, сечь!

    Давно отмечено в науках,
    Как усмирить и дух и плоть.
    Изобретён ремень на брюках,
    Изобретён ремень на брюках...
    А для чего?
    Пороть, пороть!
Следует танец с розгами.

КАРТИНА ВТОРАЯ. СТРОЕНИЕ ВСЕЛЕННОЙ.

ЧЕРВЯКОВ. Я иду в гимназию в маменькином платке. Мою куртку и фуражку папаша проиграл в карты.

Звенит школьный звонок и на пороге класса появляется Ахинеев с портфелем и глобусом. Тут же он спотыкается о подставленную кем-то швабру и растягивается на полу. Поднявшись на ноги, добирается до стула, садится, но тут же вскакивает, вытягивая из сидения гвоздь. Раскрывает классный журнал - там дохлая лягушка.

АХИНЕЕВ. Кто это сделал, мерзавцы?

Пауза. Тогда разгневанный учитель вытаскивает на просцениум Червякова и Чечевицына и колотит их журналом по головам.

- Отвечайте урок, негодяи!

Друзья молчат, повесив носы.

- Как устроена Вселенная?

Червяков ковыряет в носу, Чечевицын смотрит на потолок.

- Объясняю десятый раз. Главное светило - Солнце...

Приняв величественную позу, он занимает место в центре.

Вокруг него вращается Земля...

Палкой погоняет Чечевицына по "орбите".

- ...Одновременно обращаясь вокруг своей оси.

За ухо вертит беднягу-гимназиста.

Глядя на кислую мину друга, Червяков покатывается со смеху. Тогда Ахинеев останавливает "Землю" и подходит к Червякову.

- Перестань ржать. Ты - Луна. Ты вертишься около Земли и вокруг себя.

Теперь он вращает Червякова вокруг приятеля и злорадно хохочет уже тот.

Учитель даёт ему подзатыльник, возвращается в центр и приказывает:

- Вертитесь, лоботрясы!

Под медленную музыку Солнце-Ахинеев поворачивается вокруг своей оси. Чечевицын-Земля кружится около Солнца, а Луне-Червякову приходится вертеться вокруг себя, Земли и Солнца. Темп музыки убыстряется, движение преобразуется в затейливый танец, которым упоённо дирижирует Ахинеев.

- Стоп, мелюзга!

Иван шлёпнулся на пол, на него свалился Чечевицын, а учитель взгромоздился сверху.

- Теперь вы усвоили, как устроен мир?

ЧЕРВЯКОВ /снизу/ Да, господин учитель. Вы - светило, а остальные - мелюзга.

АХИНЕЕВ. И запомните это на всю жизнь!

Продолжительный звонок.

КАРТИНА ТРЕТЬЯ. ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ.

Из гимназии Ахинеев возвращается домой, где ему на шею бросается дочь Анюта.

АНЮТА /радостно/ Я иду на свидание!

Червякова же его друг Чечевицын затаскивает в трактир. Там Ваня даёт ему понюхать анютину записку, пахнущую духами.

ЧЕРВЯКОВ. Она согласна прийти!

Дальше действие идёт параллельно в разных концах сцены.

Анюта перед зеркалом, которое держит отец, примеряет шляпку.

АНЮТА /поёт/
    Трудно сделать первый шаг.
    Просто страх!
    В пятки прячется душа.
    Страшно, ах!
    Сладко, ах!
    Ах!
    Что делает с девицами весна!
    Я, папенька, безумно влюблена.
Пока девушка пела, Чечевицын успел разлить в кружки пиво. Гимназисты продолжают песню.
    Ласточка под тучею
    Весело порхает.
    По такому случаю
    Выпить не мешает.
В другом конце сцены танцует Анюта.

АНЮТА.
    В сердце трепет и испуг.
    Нежный друг,
    Милый друг,
    Приходи скорей на луг.
    Страшно, ух!
    Сладко, ух!
    Ух!
    Что делает с девицами весна!
    Я, папенька, безумно влюблена.
Червяков и Чечевицын уже успели распить две бутылки.
    Плавали две уточки
    И завязли в тине.
    Выпьем ещё чуточку
    По такой причине.
АНЮТА /увлекая в танец отца/
    Он появится, как бог.
    Робкий вздох,
    Томный вздох:
    "Я умру у ваших ног!"
    Страшно, ох!
    Сладко, ох!
    Ох!
    Что делает с девицами весна!
    Я, папенька, безумно влюблена.
Перед друзьями-гимназистами целая батарея опорожнённых бутылок.
    Скачет чижик по воду
    На тоненьких ножках.
    По такому поводу
    Выпьем на дорожку.
Отец поцеловал Анюту в лоб, прослезился:

- Жаль, мать не дожила!

И она пошла, пританцовывая.

А Чечевицын помог другу облачиться в мундир, с пьяных глаз надев его задом наперёд, нахлобучил на него свою фуражку, вручил букет цветов, бутылку пива и направил на свидание, в глубь сцены, где под пыльным фикусом стоит скамейка.

Там уже нетерпеливо прохаживается Анюта.

Увидев её, Червяков рухнул на колени.

А она начала медленно танцевать и - о, чудо! - раздвоилась!

Две абсолютно похожие Анюты исполняют танец с синхронными движениями.

Червяков, не веря глазам, стал смотреть на неё сквозь бутылочное горлышко, как в подзорную трубу.

Потанцевав, обе Анюты медленно соединились в одну. Когда Иван отнял бутылку от глаза, девушка уже сидела на скамейке и, сняв шляпку, обмахивалась веером.

Он попытался подняться с колен, но рухнул на четвереньки и пополз к ней с букетом в зубах.

С перепугу Анюта вспрыгнула на скамейку, но видя, что кавалер настроен миролюбиво, опустилась.

- Какой вы смешной.

Он положил голову ей на колени и оба они застыли в неподвижности. Однако через некоторое время девушка забеспокоилась, нежно похлопала его по плечу веером. Никакой реакции.

- Вы спите?!

Она возмущённо стряхнула его голову со своих коленей.

А он, отхлебнув из бутылки, полил остатками пива цветочки на её шляпке и сделал попытку закусить ими.

Анюта колотит его кулачками по спине.

- Войдите, - отвечает Червяков.

АНЮТА. Вы пьяны!

ЧЕРВЯКОВ. От любви-с.

Он вставил букет в горлышко бутылки и преподнёс барышне.

Она наградила его пощёчиной и стала топтать цветы.

Червяков нежно целовал бутылку.

В таком виде их застал появившийся вблизи городовой.

Анюта бросилась к городовому, прося защиты.

Он, поцеловав ей ручку, прихлопнул каблуками и, проводив, направился к сидящему у скамейки кавалеру.

ЧЕРВЯКОВ /Очумелову, принимая его за Анюту/ Предлагаю вам руку и сердце. /И протянул ему бутылку/.

ОЧУМЕЛОВ /отхлебнул и вытер усы/ Покорнейше благодарю.

Червяков целует его.

ОЧУМЕЛОВ. Напились и безобразите.

ЧЕРВЯКОВ. Обожаю!

ОЧУМЕЛОВ. Извольте идти домой.

ЧЕРВЯКОВ. Только с тобой.

Они в обнимку движутся к дому Червяковых. Там, уперев руки в бока, уже стоит мамаша Червякова.

ЧЕРВЯКОВ. Маменька, она согласна. Благословите. /И рухнул на колени/.

ЧЕРВЯКОВА. Я тебя благословлю, ирод!

Достав из чулка рубль, она вручает его Очумелову и тот, откозыряв, с достоинством удаляется в трактир.

Появляется отец Червякова с розгами.

Звучит мелодия, сопровождающая сечение Вани. Он покорно расстёгивает штаны.

ОТЕЦ. Служить ему, болвану, пора!

КАРТИНА ЧЕТВЁРТАЯ. СЛУЖБА.

Чиновники Кляксин и Кляузов пишут бумаги в конторе присутствия. Входит столоначальник Кашалотов, кладёт перед ними стопку дел.

КАШАЛОТОВ. Разобраться и доложить.

И уходит. Чиновники разбирают папки, вдруг из одной выпадают две денежные ассигнации. Кляксин подхватывает их, вскакивает на стул и, взмахивая руками, как крыльями, радостно сообщает:

- Вороне бог послал кусочек сыру!

Кляузов отложил дела и стал вертеться вокруг стула, пытаясь ухватить деньги, которыми товарищ размахивает перед его носом.

- Голубушки, как хороши!

Но, поняв, что ассигнации ему не достанутся, он решительно направляется к двери столоначальника.

КЛЯКСИН. Куда вы?

КЛЯУЗОВ. Доложить.

КЛЯКСИН. Стой! /со вздохом/ Поделимся.

Спускается со стула и с болью в душе отдаёт одну бумажку приятелю.

Входит мамаша Червякова.

Чиновники продолжают разбирать дела.

ЧЕРВЯКОВА /поёт/
    Я женщина слабая, беззащитная,
    Вечно притеснения я терплю,
    Днями маюсь тихая, безобидная,
    По ночам ворочаюсь, да не сплю.

    Посмотреть снаружи, так я не хилая,
    Вроде бы и кожа есть и скелет,
    А взгляните внутрь меня, люди милые, -
    Ни единой жилочки цельной нет!

    Ох, что за жизнь пошла,
    Нет спокойствия.
    Нынче кофий пила
    Без удовольствия.
Видя, что чиновники не обращают на неё никакого внимания, она, подняв обоих за шиворот, встряхивает их.

КЛЯКСИН. Что вам угодно?

ЧЕРВЯКОВА /ставит их перед собой и поёт/
    Я женщина нежная, благородная.
    Тятенька оставил мне капитал,
    Ну а муж мой, чучело огородное,
    В карты всё имущество промотал.

    С малых лет я ласковая и смирная,
    Кончила с отличием пансион,
    Ну, а он, анафема бескозырная,
    По миру пустил меня, скорпион.

    Ох, что за жизнь пошла,
    Нет спокойствия.
    Нынче кофий пила
    Без удовольствия.
КАШАЛОТОВ /появляясь/ Что тут происходит?

КЛЯУЗОВ /Червяковой/ Позвольте вам выйти вон!

Чиновники пытаются вытолкать старуху, но она мощным "силовым приёмом" сваливает обоих на пол.

ЧЕРВЯКОВА /поёт Кашалотову/
    Я слабее цветка-одуванчика,
    Богом позабытая и людьми.
    Вся моя отрада - сыночек Ванечка.
    Ты его на службу к себе возьми.

    Пожалей малюточку ты, пожалуйста,
    Успокой больную старушку-мать;
    Нет, так самому царю стану жаловаться,
    Будешь и в гробу меня вспоминать!

    Ох, что за жизнь пошла,
    Нет спокойствия.
    Нынче кофий пила
    Без удовольствия.
КАШАЛОТОВ. Пугать меня? Да ты знаешь, тётка, кто я? Я труп могу воскресить!..

Мановением руки он поднимает лежащих чиновников.

- Я любого в дугу согну!

Снова жест и чиновники сломились в угодливом поклоне.

- Я всё могу!

ЧЕРВЯКОВА. Всё ты, батюшка, можешь, кроме одного.

КАШАЛОТОВ. Любопытно, чего же?

ЧЕРВЯКОВА. С е б я не пересилишь.

Она достаёт из чулка пятидесятирублёвку и кладёт её на спину согнутого Кляузова.

- Попробуй, не возьми.

Кашалотов расхохотался. Отошёл, скрестил на груди руки. Отвернулся. Но проклятая бумаженция магнитом тянет его к себе. Сперва нос почуял взятку, затем глаза к ней устремились. Ноги потянуло. Он упирается, багровеет, сжимает кулаки, но не выдерживает. Хватает деньги и судорожно суёт их в карман.

- Твоя взяла. Подавай своего олуха.

Появляется Иван в коротких штанишках.

Чиновники потешаются над ним.

ЧЕРВЯКОВ /зрителям/ Мои брюки папаша проиграл в карты.

КАШАЛОТОВ /поманив его пальцем/ А скажи-ка, братец, какое правление в Англии?

ЧЕРВЯКОВ /подумав/ Понятно какое... Английское.

Чиновники хохочут.

КАШАЛОТОВ. Беру тебя, за то, что дурак. Я умных не терплю.

ЧЕРВЯКОВА /заставляя сына кланяться/ Дитё он ещё...

КАШАЛОТОВ. Женить шельмеца - в момент образуется.

Мамаша и начальник уходят в разные стороны, чиновники делят папки на три части, Червяков садится рядом с ними и все трое начинают танец на стульях. В танце пародия на движения канцеляристов. Новоиспечённый чиновник сперва неумело подражает коллегам, а затем пляшет, не сходя со стула ещё ловчее их.

КАРТИНА ПЯТАЯ. ВЫСТАВКА НЕВЕСТ.

"Танцевальный учитель" Пуркуа приветствует своих учениц:

- Бонжур, мадемуазель!

Они вразнобой отвечают на его приветствие. Пуркуа возмущён.

- Реверанс надо делать так.

И показывает манерный книксен.

Девушки одновременно трижды повторяют движение. Педагог доволен. Он берёт у одной барышни веер, болтающийся у неё на поясе.

- Для почему нужно веер? Обмахиваль комари? Делать ветер? Нон. Веер нужно для передаваль нежный чувство.

Делает движение веером.

- Я вас любиль!

Барышни копируют его жест.

- Ви мне противно!

Та же игра.

- Я вам делаль ожиданс в половина десять вечер в беседка возле кустик прекрасный сирень, а ви почему не пришло?

Следует жест столь же затейливый, как и фраза.

- Веер можно делаль чудеса.

Он берёт букет цветов и под музыку обмахивает его веером. Над букетом взвиваются две большие яркие бабочки, порхают и медленно опускаются на цветы. /Это изящный китайский фокус/. Барышни с восторгом следят за полётом мотыльков и в конце аплодируют учителю.

- А теперь все будет танцеваль, а я пель!
    Этот очень старый песня.
    Через тридевять морей
    Жиль одна король чудесный
    И четыре дочерей.

    Он имель богатство столько,
    Что его четыре дочь,
    Мог не мучилься, а только
    Танцеваль и день и ночь.
Следует фрагмент танца, исполненный барышнями.
    Но один упрямый дочка
    Очень плох соображаль,
    Он читаль и день и ночка
    И совсем не танцеваль.

    Вот пришёль пора девицам
    Находиль себе жених,
    И король на весь столица
    Бал закатываль для них.
Девушки снова танцуют несколько тактов.
    После бал довольно быстро
    Замуж выдаваль отец
    Один дочка за министра,
    А другое за купец.

    Выдаваль и третий дочерь
    За отважный генераль,
    Потому что чудно очень
    Три девица танцеваль.
Фрагмент танца.
    А четвёртый бедный дочка
    Сорок лет один терпель.
    Книжка вся прочёль до точка
    И без замуж умерель.

    Из печальный этот пенье
    Следоваль большой мораль:
    Надо меньше делаль чтенье,
    А побольше танцеваль!
Теперь уже в финале танца и Пуркуа пляшет с барышнями.

КАРТИНА ШЕСТАЯ. СВАДЬБА.

Барышни, возвращающиеся с урока, проходят мимо Червякова и его мамаши.

ЧЕРВЯКОВ. На которой же мне жениться, маменька?

ЧЕРВЯКОВА. На Лизавете, не иначе. Мать помрёт - вам трактир достанется.

ЧЕРВЯКОВ /с ужасом проводив взглядом Лизу Подзатылкину/ А не помрёт, так мне всю жизнь с этим крокодилом маяться?

Мадам Подзатылкина не пускает дочь в трактир. Она тащит её на скамейку. Та упирается.

ПОДЗАТЫЛКИНА. Дурёха! Он до тютюлярного советника дослужится.

ЛИЗА. А как не дослужится? Что ж мне до скончания века его слюнявую рожу терпеть?

Обе женщины силком усаживают молодых на скамейку.

Некоторое время они сидят, не глядя друг на друга. Червяков посмотрел на невесту - отвернулся, плюнул. Она взглянула на жениха - всхлипнула.

Выручила муха, севшая Лизавете на нос. Девица смахнула её веером и муха оказалась на лбу у Ивана. Он хлопнул кулаком по лбу, но зловредное насекомое стало кружиться перед глазами барышни. Червяков попытался поймать муху, да промахнулся.

ЧЕРВЯКОВ. А, знаете, почему муху поймать трудно?

ЛИЗА. Нет.

ЧЕРВЯКОВ. Потому что у неё тысяча глаз и она даже задом видит.

Помолчали. Лиза тяжко вздохнула.

ЧЕРВЯКОВ. Я, ведь, знаю, по ком вы вздыхаете.

Справа от скамейки возникает видение: поручик Гарцунов страстно танцует, кружась вокруг воображаемой партнёрши.

ЛИЗА /Червякову/ Нам тоже известно, к кому у вас направление сердца.

Слева от скамейки видение: нарядная Анюта порхает в танце вокруг воображаемого партнёра.

ЧЕРВЯКОВ /страстно/ Лизавета Пантелеевна! Красавица! Откажитесь за меня замуж идти!

Он падает на колени, целует ей руки.

ЛИЗА /не менее пылко/ Ванюша! Родимый! Не женись ты на мне, век за тебя бога молить буду!

Покрывает поцелуями его щёки.

Подсматривавшие за ними родители только и ждали этого момента. Мамаша Червякова устремляется к скамейке, таща за собой цепочкой мужа, попа, чиновников с жёнами...

ЧЕРВЯКОВА. Поладили, сердечные!

С другой стороны трактирщица, а за ней гирлянда из Очумелова, Пуркуа, барышень...

ПОДЗАТЫЛКИНА. Слюбились, голубчики!

Молодые попытались сбежать - куда там! Уже шафера облачили невесту в фату, жениху воткнули бутон в петлицу, подняли над ними венцы. Отец Филарет благославляет их вместо иконы впопыхах прихваченным портретом Антона Павловича Чехова.

- Венчается раб божий Иоанн и раба божия Елизавета.

Колокольный звон.

- Да убоится жена мужа своего!

На сцене появился свадебный оркестр из пяти музыкантов. Скрипач взмахнул смычком, и грянул марш. Но после нескольких тактов по команде скрипача музыка оборвалась. Мамаша Червякова подскочила к скрипачу-руководителю, достала из чулка деньги и дала ему несколько бумажек. Он пересчитал их, вернул и приказал музыкантам уходить. Она догнала скрипача, прибавила бумажку. Он снова пересчитал, снова возвратил деньги и опять дал команду уходить. Червякова гордо стоит посреди сцены. Музыканты прошли несколько шагов, постояли, посовещались, - и вот уже скрипач покорно вернулся за гонораром. Сторговались.

Гости тем временем образовали подобие свадебного застолья. В голове стола, как положено, молодожёны.

ПУРКУА /вскакивая/ Месье, медам! Я завсегда повторяль, что всякий корова может виходиль замуж, если он умель танцеваль! Горько!

Ошеломлённый Червяков целует молодую в нижнюю губу. Гости поднимают бокалы.

ГАРЦУНОВ /бросаясь к целующимся с пистолетом/ Я убью её!

Его удерживают, он плачет.

КАШАЛОТОВ /поднимаясь/ Человек без жены подобен сапогу без подмётки.

Все подобострастно аплодируют.

- Горько.

ГАРЦУНОВ /снова рвётся к молодожёнам/ Я его убью!

Поручика снова сдерживают.

ПУРКУА. Ля мюзик! Все танцеваль!

Он сводит Ивана с Лизой. Они начинают танец. К ним присоединяются ещё пары.

ГАРЦУНОВ /убегая/ Я убью себя!

Танец продолжается. В разгар веселья за сценой раздаётся выстрел. Общее смятение. Лиза падает на руки Червякова без чувств.

ЧЕЧЕВИЦЫН. Это Гарцунов застрелился.

Появляется растрёпанный Гарцунов. К нему бросаются дамы.

БАРЫШНЯ. Что с вами?

ГАРЦУНОВ. Я промахнулся.

Музыка. Гарцунов танцует с барышней.

ЛИЗА /Червякову, придя в себя/ ...Мне душно. Дайте мне атмосферы! Махайте на меня веером...

Молодые танцуют, старшие сбились в кучку.

ЧЕРВЯКОВ-ОТЕЦ. Я изобрёл новую игру. /Достаёт колоду карт/. Называется "красное и чёрное". /Показывает Очумелову рубашку одной карты/. Какая карта?

ОЧУМЕЛОВ. Чёрная.

ЧЕРВЯКОВ. Вы выиграли. /Показывает другую карту/. А сейчас?

ОТЕЦ ФИЛАРЕТ. Красная.

ЧЕРВЯКОВ. Не угадали. Я выиграл.

Его окружают мужчины. По окончании танца, когда кружок играющих разошёлся, мы видим папашу Червякова в нижнем белье и носках.

ЧЕРВЯКОВ-ОТЕЦ /подходя к супруге/ Душенька, я проигрался.

ЧЕРВЯКОВА /Бросаясь на него с кулаками/ Сил моих больше нету! Кровопивец.

Гости разнимают их.

Неутомимый Пуркуа извлекает у мамаши и отца большие яркие платки, завязывает ими глаза Ивану и Лизе. Снимает с их голов венки и даёт их им в руки.

ПУРКУА. Кому передавать эту венок будет новий год делаль между собой новий свадеб.

Походив среди гостей, Лиза натыкается на Анюту. Та охотно принимает венок и гордо надевает его.

Червяков же долго петляет, пока Кашалотов, до того любовавшийся в лорнет на Анюту, подал знак своим подчинённым и те стали подталкивать Червякова, направлять его к столоначальнику, а там и сам он "подставил" себя "под венец". Гости смеются, рукоплещут.

МАМАША ПОДЗАТЫЛКИНА /Кашалотову/ И то, батюшка, сколько тебе во вдовцах ходить?

Аня нисколько не смущена тем, что у неё оказался такой суженый.

АНЮТА. Любви нет. Одно коварство и обман.

Она танцует с Кашалотовым, выставляет себя перед ним, льнёт к нему.

Танцует и мать-Подзатылкина с Очумеловым.

ЧЕРВЯКОВ. Чёрта с два она скоро помрёт. Нас с вами переживёт!

После танца у Кашалотова прекрасное настроение.

КАШАЛОТОВ. Скучновато у вас.

Он властно хлопает в ладоши и через всю сцену к нему устремляются Кляузов и Кляксин.

- Изобразите-ка, братцы, как два купца из трактира домой возвращаются.

Чиновники представляют "номер": один из них, слегка подвыпивший, пытается поставить на ноги второго, пьяного мертвецки. "Мёртвый" падает, рискуя разбиться, но более трезвый подхватывает его в самый последний момент. Этот акробатический этюд проходит под музыку "Камаринской".

КАШАЛОТОВ /опять хлопнув в ладоши/ Червяков! Изобрази нам локомотив.

Ивану неудобно, он всё же главное лицо на празднестве. Кроме того, Анна, стоящая рядом со столоначальником, смотрит на молодого мужа с любопытством.

ЧЕРВЯКОВ. Не могу-с, ваше превосходительство.

Но подвыпившие гости выталкивают его на середину, опрокидывают в него рюмку водки.

ЧЕРВЯКОВА-МАТЬ. Ванюша, не погуби!

Кашалотов взмахивает платочком. Оркестр даёт сигнал отправления и Червяков начинает топтаться на месте. Сначала нерешительно, потом, преодолев смущение, всё уверенней. Ему втыкают в руки самоварную трубу. Гости машут платками, шляпками, как бы провожая отъезжающий паровоз. В музыке звучит галоп. Воодушевившись, Червяков таращит глаза, надувает щёки, двигает локтями, выбивает дробь башмаками. Кляузов и Кляксин прицепились к нему сзади на манер вагонов. Сперва состав ползёт, но по мере ускорения музыки, всё быстрей и быстрей мчит, "объезжая" гостей.

Столоначальник преграждает поезду путь, вытягивая руку шлагбаумом.

Пуркуа проводит вереницу дам перед остановившимся экспрессом.

КАШАЛОТОВ. Давай, жми!

И снова мчит по кругу взмыленный Червяков. Мчит, пока не сваливается в изнеможении, споткнувшись о подставленную столоначальником ножку.

- Крушение поезда!

Горько плачет Лизавета.

ЛИЗА. Господа, срам-то какой! Какой стыд, господа...

- Занавес -

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

КАРТИНА СЕДЬМАЯ. "ЖИВЫЕ КАРТИНЫ".

Декорация та же. На сцене постаревший Червяков.

ЧЕРВЯКОВ /зрителям/ С вашего позволения, несколько картин из жизни нашего Чернопупска.

Из домов появляются знакомые нам персонажи. По ходу действия они выстраивают "живые картины", замирая в определённый момент и рассыпаясь для образования новой картины.

- Картина первая. У меня родилась дочь. Одни говорят, похожа на меня, другие - на мать. По-моему, она похожа на поручика Гарцунова без усов.

Меня на картине нет: с горя решил выпить...

На "картине" Лиза, её мать, отец Филарет, благословляющий дитя, дамы, на цыпочках заглядывающие в колыбель. Отец Червякова, воспользовавшись оживлением, вытаскивает из жениного ридикюля деньги.

- Картина вторая. Плачьте скрипки, рыдайте барабаны! Наш Кашалотов бракосочетается с Анютой Ахинеевой. Загнал в могилу одну жену и за новую взялся, скотина! Меня на картине нет, сами догадываетесь, пил... На "картине" Кашалотов, в парадном вицмундире при орденах, надевает на руку юной Ани кольцо; отец Филарет, благословляющий новобрачных; подобострастные чиновники, расстроенный Ахинеев.

- Картина третья. К нам в город прибыл некто Дряньковский. Столичная штучка - проштрафился в Петербурге и сбежал сюда. Моей мамаши на картине нет - отдала богу душу. Под её матрацем папаша обнаружил двадцать тысяч рублей. Я - пил... Девицы и дамы окружают щеголя, ссорятся из-за него, Пуркуа грустит, всеми забытый папаша Червяков в новеньком фраке и цилиндре.

- Картина четвёртая. Мой сослуживец Кляузов подглядывал за начальством в замочную скважину и от удара двери лишился разума. Папаша отсутствует - маменькины тысячи он просадил в карты. Меня - тоже нет: пил на радостях. Во-первых, освободилось место старшего переписчика, во-вторых, пасха!

Испуганные обыватели окружили Кляузова, стоящего на четвереньках и задравшего, по-собачьи, "заднюю ногу".

КАРТИНА ВОСЬМАЯ. ВАКАНСИЯ.

Отец Филарет освящает пасху, поднесённую ему мамашей Подзатылкиной и целуется с ней.

- Пасха господня!

Начинается весёлая кадриль. Танцуют четыре пары: Кашалотов с Анютой, Червяков с Лизой, Кляксин с дамой и Дряньковский с барышней. После каждой фигуры танца кавалеры обмениваются дамами, а вновь образованные пары целуются.

ЧЕРВЯКОВ /оказавшись рядом с Кашалотовым/ Могу ли я надеяться на место Кляузова?

КАШАЛОТОВ. Можешь.

Целуются. Фигура танца.

АНЮТА /оказавшись в паре с Дряньковским/ Что вы на меня так смотрите?

ДРЯНЬКОВСКИЙ. От чувств-с...

Нежный поцелуй. Новая фигура танца.

БАРЫШНЯ /Кашалотову/ Как он мил, этот Дряньковский. Дайте ему место Кляузова.

КАШАЛОТОВ. Но я уже обещал место другому.

Барышня дважды целует столоначальника.

Фигура танца.

ЖЕНА КЛЯКСИНА /Кашалотову/ Ваше превосходительство. Дряньковский такая душка. Возьмите его на место...

КАШАЛОТОВ. Но я же обещал...

Три поцелуя. Новая фигура.

АНЮТА /Кашалотову/ Кашалотик, этот Дряньковский...

КАШАЛОТОВ. Но...

Хочет поцеловать жену, но она увёртывается. Фигура танца.

ЛИЗА /Кашалотову, целуя его/ Это от меня. /Ещё поцелуй/. А это от мужа.

КАШАЛОТОВ /смущённо/ Зря стараетесь...

Последняя фигура кадрили завершается всеобщим лобызанием. Счастливому Червякову, обнадёженному начальником, достаётся кукиш Дряньковского.

Все скачут за кулисы, остаётся ошарашенный Червяков.

КАРТИНА ДЕВЯТАЯ. СПИРИТЫ.

ЧЕРВЯКОВ /зрителям/ Место мне не досталось, тёща помирать не собирается. Каждый вечер она устраивает спиритические сеансы, на которых беседует с обитателями загробного мира.

При свечах Пуркуа мистическими движениями заставляет столик подняться над полом и плавать в пространстве. /Это известный фокус/. В сеансе, кроме него, участвуют Лиза, её мамаша и Червяков.

ЛИЗА. Вызовите мне, пожалуйста, дух Евы.

Пуркуа вздымает руки и за тюлевым экраном под таинственную музыку появляется Ева. Её наготу скрывают лишь фиговые листки.

ЛИЗА. Ответьте, госпожа Ева, а вас супруг Адам колотит?

Ева исполняет пластический этюд.

ПУРКУА. Она сообщаль, что сама иногда колотиль месье Адам.

ПОДЗАТЫЛКИНА. Призови-ка нам, милый, самого Шерлока Холмса.

За экраном великий сыщик играет на скрипке.

- Скажи, любезный, коли ты такой прыткий, кто у меня давеча три серебряные ложки стащил?

Шерлок Холмс откладывает скрипку и, вооружившись лупой, начинает что-то рассматривать. Следует мимический этюд, в конце которого сыщик беспомощно разводит руками.

ПУРКУА. Месье сыщик умель отысканс только золотой вещь. Серебряный он не могль.

ЧЕРВЯКОВ. А мне Бонапарта подайте.

Под звуки "Марсельезы" появляется Наполеон. Все ошеломлены его величием.

ПУРКУА /Червякову/ Спрашиваль, спрашиваль, месье!

ЧЕРВЯКОВ /подойдя к экрану/ Ваше императорское величество! Сделай милость, одолжи мне тридцатку до жалованья. Вот те крест, верну.

Наполеон в задумчивости складывает руки на груди.

ПУРКУА. Великий император к сожалений не имеет при себе ни одно копейка.

КАРТИНА ДЕСЯТАЯ. БАЛ.

Сонную тишину городка взрывают сигналы фанфар и барабанная дробь.

За трубачами и барабанщиками в гусарских мундирах дефилируют три бравых офицера - это постаревший Гарцунов, старый друг Червякова - Чечевицын и Халахадзе. Они лихо маршируют и ловко демонстрируют сабельные приёмы.

В окнах появились дамы. Из дверей высыпали барышни. Летят цветы и воздушные поцелуи.

Офицеры ушли, а взволнованные барышни повторяют по-своему их движения и ухватки. Расшалившихся девушек успокаивает городовой при полном параде.

ОЧУМЕЛОВ. Господа офицеры прибыли к нам на один день. Вечером в их честь состоится бал.

Сцена украсилась колоннами, несколько пар кружится в вальсе. Но показались офицеры, - и дамы вмиг оставили своих штатских партнёров и переметнулись к военным.

После вальса в зале прибавились гости.

Увидев вошедшую Лизу, Гарцунов едва не упал. Прежнее чувство вспыхнуло в нём. Сбивая гостей, он прошёл через всю сцену, словно завороженный. Взволнована и она.

ЛИЗА. Вы уже генерал?..

ГАРЦУНОВ. Пока лишь полковник.

В центре зала Пуркуа.

ПУРКУА. Месье, медам! С ваший позволение фокус-покус.

Он снимает кивер с одного из военных, вынимает пистолет у другого. Стреляет и достаёт из кивера несколько цветастых шалей. Ещё выстрел - и в руках у Халахадзе оказывается гитара.

Поёт Гарцунов.
    Очи чёрные,
    Очи страстные,
    Очи жгучие
    И прекрасные!

    Как люблю я вас,
    Как боюсь я вас,
    Знать, увидел вас
    Я в недобрый час.
Барышни и Чечевицын иллюстрируют эту песню танцем.
    Скатерть белая
    Залита вином,
    Все гусары спят
    Непробудным сном.

    Лишь один не спит,
    Пьёт шампанское,
    Пенье слушает
    Он цыганское...
Червяков уводит Лизу, но Гарцунов то и дело появляется из-за колонн, смущая романсом чиновничью жену.
    Поцелуй меня,
    Потом я тебя
    Потом снова ты
    Потом снова я...
Халахадзе демонстрирует свою ловкость: он просит Лизу подержать на платочке яблоко и точным ударом сабли рассекает его на две равные половинки, которые вручает Гарцунову и Лизе.

Червяков мрачнеет. Рядом с ним возникает друг-Чечевицын с бокалами вина.
    - Ехал чижик в лодочке
    В генеральском чине,
    Не выпить ли водочки
    По такой причине.
ДРЯНЬКОВСКИЙ /подойдя к Кашалотову/ Я вам так благодарен, вашество...

КАШАЛОТОВ. Жену благодари. Ты её разжалобил своей глупой рожицей.

Звучит полонез. Кавалеры приглашают дам. Гарцунов увлекает в танец Лизу. Танцуют на втором плане. На первом же расстроенный Червяков с Чечевицыным безостановочно пьют, а в другой стороне сцены к Анюте, стоящей за фикусом, подходит Дряньковский.

ДРЯНЬКОВСКИЙ. Не знаю, как благодарить вас... /чмокая ручку/. И вашего мужа... /чмокает обе ручки/. у него золотое сердце... /целует плечо/. Любите его... /упав на колени, целует ножку/. Он - урод, страшилище, но у него святая душа... /обнимает колени/. Не изменяйте ему! /Она хочет освободить свою талию, но увязает в объятиях "благодарного". Голова её у него на груди/. Любите его! /Жаркий поцелуй/.

На них натыкается Кляксин. Он в ужасе бежит через всю сцену и находит Кашалотова.

КЛЯКСИН. Ваше превосходительство! Там...

И ведёт его за колонну.

Когда они подходят к Дряньковскому и Анюте, те ещё не оторвались от поцелуя.

Кашалотов стучит по спине Дряньковского, как в двери. Поцелуй прервался. Молодой человек смутился, а Анна ничуть.

АНЮТА. Ты же сам велел ему благодарить меня.

КАШАЛОТОВ /Дряньковскому/ Вам нравится моя супруга? Берите её.

Анна бросается к Дряньковскому.

- Только учтите, что она на одни наряды в месяц тратит десять ваших годовых жалований.

Дряньковский в испуге пятится, отступает, пока не попадает в кучку барышень и не вылетает оттуда уже в паре с одной из девушек. Они присоединяются к танцующим.

Лиза и Гарцунов танцуют в центре. Происходит невероятное: из озлобленной мегеры Лиза превращается в нежное, воздушное создание, словно прежняя любовь вернула ей молодость и красоту. А полковник Гарцунов, как юноша, трепетно кружится вокруг неё, "носит её на руках" в прямом смысле. Все замерли, глядя на их грациозные балетные па.

Червяков, порядком выпивший, шатаясь, расталкивает танцующих и подходит к жене в момент наивысшего подъёма лирических страстей.

ЧЕРВЯКОВ. Пошли домой!

Она смущена, растеряна, убита.

ЛИЗА. Но ещё рано...

ЧЕРВЯКОВ /тупо/ Домой.

ЛИЗА. Ваня, родимый, один танец... Только один... /падает перед ним на колени/.

ЧЕРВЯКОВ. Я скандал сделаю.

Жена плетётся за ним, но, обернувшись у выхода, плачет.

Гарцунов при этой дикой сцене глядел на Червякова с ужасом и презрением.

Финал танца. В центре гордо движется Кашалотов с льнущей к нему Анютой.

КАРТИНА ОДИННАДЦАТАЯ. ШАРМАНКА.

На опустевшей сцене, на фоне городка - отец Червякова, проигравшийся до последней нитки. Он в тёмных очках, грязен; поёт, сопровождая пенье игрой на старой шарманке.
    Судьба играет человеком,
    Она изменчива всегда.
    То вознесёт его высоко,
    То сбросит в бездну без следа.

    Судьба - индейка,
    Жизнь - копейка,
    Гроб - коляска,
    Ехать не тряско.
Прохожие - Пуркуа, Очумелов, барышня - бросают в лежащую на земле шляпу монетки.
    Я всё имел - сребро и злато,
    Но повелел жестокий рок, -
    И я, протягивая руку,
    Прошу: подайте пятачок!
Шедший мимо Ахинеев, тоже нищий и больной, оглядевшись вокруг, вытащил из шляпы мелочь и похромал дальше.

Старик Червяков потряс пустую шляпу, печально надел её и потащился в другую сторону.

КАРТИНА ДВЕНАДЦАТАЯ. СОН И ЯВЬ.

В присутствии Кашалотов вывалил кучу бумаг перед Дряньковским.

- Переписать!

И ушёл. Дряньковский передал всю кипу Кляксину.

- Переписать!

И тоже удалился. Кляксин швырнул бумаги Червякову.

- Переписать!

ЧЕРВЯКОВ. Да у меня и чернил не хватит.

Кляксин вернулся, поставил перед беднягой целую бутыль с чернилами.

Червяков остался один, заскрипел пером. Вскоре он устал, начал клевать носом и, подложив под голову бумаги, уснул.

Во сне он увидел, как из медленно отворившейся трактирной двери под звуки полонеза выплыли парами Очумелов и Пуркуа, Кашалотов и отец Филарет, мамаша-Подзатылкина и гусар Гарцунов.

- Вы зачем? - удивился Червяков.

И тут Пуркуа, присев перед ним в изысканном книксене, объяснил:

- Ми хотель изображанс самий прекрасный картин для ваша сердце.

Вся компания образовала "живую картину", а Пуркуа объявил:

- Картин называлься "Погибель ваша тёща".

От радости Червяков вскочил на стул.

- Наконец-то, трактир будет моим!

Откуда-то выпорхнула Анюта в сопровождении барышень. Она пела:
    Ласточка за тучею
    Весело порхает,
    По такому случаю
    Выпить не мешает!
А барышни плясали канкан, высоко выбрасывая ножки.

Мужчины ринулись поздравлять богатого наследника. Но он так уничтожающе посмотрел на Кашалотова в лорнет, что тот задрожал, затрясся, дошёл до конвульсий.

Дряньковский захихикал, но Червяков поманил пальцем отца Филарета и приказал попу:

- Высечь мерзавца!

Девушки стыдливо закрылись веерами, а Гарцунов запел под взмахи розог.
    - Поцелуй меня,
    Потом я тебя
    Потом снова ты
    Потом снова я...
Червяков подошёл к гусару вплотную.

- Вы уже полковник?

И сорвал с растерявшегося офицера эполеты и усы. Гарцунов заплакал.

- Скучно с вами, господа, - зевает Червяков.

- А мы - паровозик изобразим-с, - кланяясь, предложил столоначальник.

И вооружившись самоварной трубой, увлекая в движение всю чернопупскую компанию, Кашалотов затопал вокруг вознесшегося переписчика бумаг. Последней, посылая Червякову воздушные поцелуи, за трактирной дверью скрылась Анюта...

Полный свет.

Червяков спит, свернувшись калачиком.

Над ним стоит возмущённый Кашалотов.

КАШАЛОТОВ. Да вы спите на службе?!

Червяков вскочил, испуганно протёр глаза.

- Я вас увольняю!!!

И ушёл.

Червяков механически отнёс папки на место, а бутыль вынес и поставил на просцениум. Сам сел на пол.

ЧЕРВЯКОВ /поёт/
    - В прекрасный летний вечер
    Сидел один чиновник
    В театре и на сцену
    Внимательно смотрел.

    Но вдруг чихнул, бедняга,
    Нечаянно, при этом
    Обрызгав генерала,
    Что перед ним сидел.

    - "Простите, ваша милость,
    Я, кажется, случайно
    На лысину вам брызнул"... -
    Он робко прошептал.

    - "Ах, полноте, такое
    Случиться может с каждым.
    Не стоит огорчаться" -
    Ответил генерал.

    Пришёл домой чиновник
    И рассказал супруге
    О том, что с ним в театре
    Произошёл конфуз.

    Жена перепугалась,
    А он сказал: "Я завтра
    Пойду, на всякий случай,
    Ещё раз извинюсь".

    - "Простите, ваша милость,
    За то, что я случайно
    Вам лысину обрызгал"... -
    Он вежливо сказал.

    - "Ах, полно вам, такое
    С любым, ведь, может статься.
    Я уж забыл об этом" -
    Ответил генерал.

    Всю ночь не спал чиновник
    И мучился ужасно,
    А утром в вицмундире
    Пошёл он на приём.

    Дождался терпеливо,
    Пока все из приёмной
    Уйдут и с генералом
    Оставят их вдвоём.

    - "Простите, ваша милость...
    Позавчера в театре...
    На лысину я брызнул..." -
    Он нежно бормотал.

    Тут генерал затрясся,
    Стал синим, как чернила,
    - "Пшёл вон! Пшёл вон, мерзавец!" -
    Затопал генерал.

    Пришёл домой чиновник,
    И в новом вицмундире
    Лёг на диван и помер...
Червяков разволновался, рыдания мешают ему петь.

- И помер... помер... помер...

Он схватил бутылку и до дна выпил её содержимое.

Затемнение.

ЭПИЛОГ. ПОМИНКИ.

На сцене играет оркестр. Стоят печальные обитатели Чернопупска.

КАШАЛОТОВ. Я любил его, как родного сына.

Он выжимает носовой платок, из которого льются слёзы.

ЛИЗА /рыдая, матери/ Вышла б замуж за военного - музыка была бы за казённый счёт.

ДРЯНЬКОВСКИЙ /суетится/ Господа, а поминки вдова устроит?

ОТЕЦ ФИЛАРЕТ. Как можно не помянуть? Грех!

Печальная музыка постепенно переходит в игривую. Публика оживает, ноги сами идут в пляс. Танцует Пуркуа.
    Судьба - индейка,
    Жизнь - копейка,
    Гроб - коляска,
    Ехать не тряско!
ОЧУМЕЛОВ. Хоть ты и француз, а душа у тебя благородная.

КАШАЛОТОВ /приглашая на танец молоденькую барышню/ М-м-м... Огурчик!

АНЮТА /Дряньковскому/ Почему же вы меня не приглашаете?

И они присоединяются к танцующим.

ОЧУМЕЛОВ /приглашая на танец вдову/ Траур вам, ужас, как к лицу.

Чечевицын танцует с двумя бутылками пива.

У всех появляются рюмки.

Вдруг отец Филарет, заметив среди пляшущих ожившего Ивана Червякова, рухнул на колени, стал креститься. Веселье прервалось, все отпрянули от пришельца с того света. К нему на цыпочках подошёл Пуркуа:

- Как ви могль производиль такой возвращанс?

ЧЕРВЯКОВ /как ни в чём ни бывало/ Что ж, по-вашему, я за упокой собственной души и опохмелиться не могу?

И сделав знак оркестру, пускается в пляс. Остальные следуют его примеру.

- Занавес -
Make your own free website on Tripod.com